Библиотека

За рулем империи. История и тайны самой могущественной династии Италии стр. 152

Размер шрифта
-
+
Тема

Мареллой – ключевыми. Марелла же своим поступком лишила дочь права в будущем наследовать свою долю.

Любопытно было бы поразмыслить над тем, что сделал бы Джанни, если бы Маргарита с юных лет проявила интерес к семейному делу, как ее сын Джон. Хотя, вполне возможно, подобное поведение попросту не поощрялось. Исключение ее из «аппарата управления» отражало распространенные в то время культурные установки. По данным опубликованного в 2023 году исследования, проведенного агентством «Ладзард» и бизнес-школой при Университете Боккони, в 2020 году всего 20 % миланских компаний, зарегистрированных на бирже, имели женщин-акционеров (с долей 2 % и более).

По традиции женщины в Италии нередко исключались из списка наследников семейных предприятий – вместо них они наследовали другое имущество, например землю. Широко известен пример, когда единственная дочь Гуччо Гуччи Гримальда была исключена из списка его наследников в пользу братьев, несмотря на то что много лет проработала в семейном бизнесе и даже некоторое время сидела за кассой в одном из магазинов «Гуччи» во Флоренции. Маргарита же никогда не работала в «Фиате».

На склоне лет Джанни устал и не хотел обсуждать с Маргаритой вопросы наследства. Он чувствовал, что между ними могут возникнуть разногласия, и отказывался встретить их лицом к лицу.

– Ваша обязанность – обеспечивать ясность, – заявила Маргарита, обращаясь к Гранде Стивенсу. – Вы не можете скрыть от меня полный перечень имущества моего отца.

– Вот он, – ответил тот, кладя перед ней на стол лист бумаги. На нем, помимо прочего, был и список банковских счетов Джанни в Италии. Нейтрализовав Маргариту, Джанни и его советники совершили огромную ошибку.

Пару дней спустя, уже дома, на берегу мирного швейцарского озера Леман Маргарита написала письмо Габетти, направив копию Гранде Стивенсу. «Этим письмом я хочу выразить, как потрясена полным отсутствием коммуникации».

В письме она сетовала на то, что, попросив сообщить подробности, столкнулась со столь бурной и агрессивной реакцией, что «это перешло все границы дозволенного и приемлемого. Впоследствии я узнала, что все вы общались друг с другом и нашли время обсудить все аспекты изменений с Джоном и моей матерью».

В заключение она жаловалась на то, что Габетти проигнорировал ее неоднократные просьбы «сообщить сведения, которые помогли бы понять» ситуацию, оскорбив тем самым память ее отца.

Письма произвели эффект разорвавшейся бомбы. Габетти ответил, выплеснув свое раздражение и вновь повторив, что действовал в строгом соответствии с волей ее отца, который хотел, чтобы «Фиат» перешел к Джону. В конце письма он объявлял, что не желает более в этом участвовать. «В свете столь неожиданного поворота событий могу лишь надеяться на то, что мои молодые коллеги (Зигфрид Марон и Джанлука Ферреро), занимающиеся этим вопросом, встретят большее уважение, чем я», – писал он.

10 марта Маргарите написал Гранде Стивенс. Его послание было куда более вежливым, чем письмо Габетти, но, по сути, они были схожи. Он напоминал Маргарите о том, что Джанни выбрал Джона своим преемником, потому что «правитель может быть только один». Кроме того, Гранде Стивенс заметил, что Джанни просил его выступить в качестве душеприказчика, а он решил, что нет необходимости брать на себя эту роль в семье, где «царит гармония».

Габетти сдержал слово: его коллеги начали работать с Маргаритой. В марте в ее дом в Женеве нанес

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.