Библиотека

Журавушки стр. 110

Размер шрифта
-
+
Тема

покупательниц в магазине. – Вот думаю, нужно к участковому сбегать. Ему рассказать про беглеца. Глядишь, какую-никакую премию выпишут. А может, и медалью наградят. Ну, за поимку убивца…

И замолчала, поджав тонкие бескровные губы.

– Бабоньки, правда, а кто там может быть? – кивнув головой, сказала молодуха. – Изба давно пустует. Может, покупатель на неё объявился? Если так, лучше бы нашу избу взял, чем эту развалюху. У неё крыльцо провалилось, и крыша протекает, а уж про забор и говорить нечего. А в нашей проживи ещё сто лет – и не рассыплется. И недорого бы запросили. Сбегать что ли, свою предложить, авось и сторгуемся…

– Какой убивец, Шурка? – хохотнула разбитная бабёнка, и в сумке звякнула бутылка. – Рисунки углядела на нём, да? Так сейчас модно это. Ты б посмотрела на моего племяша, что в городе живёт. Ну, Флор… Фрол… Тьфу ты, не выговоришь без бутылки – Флориан, мать вашу разэтак! Вот уж имечко придумали, язык поломается, зато говорят, что красиво. Я что говорю-то… А, да… Так наш Флорка – это страсть господня! Весь синий! У него даже на глазах наколки, и до самых пяток, а он, зараза такая, смеётся, говорит, что на причинном месте ромашку наколол, прям как живая, а теперь, мол, ждёт, когда пчёлки займутся опылением. Ишь, пасечник нашёлся! Видите, какая зараза уродилась! Я б глянула на его ромашку, да неудобно как-то. Всё же не молодуха…

И опять хохотнула.

Долго бабы обсуждали эту новость, гадая, кто же поселился в Матрёниной избе. Так бы до вечера простояли возле магазина, куда их выперла продавщица, чтобы не мешали торговать. Долго судили-рядили, если бы не тётка Зоя, которая пришла, чтобы соль купить.

Вышла из магазина и нахмурилась, прислушиваясь к разговорам, где этого незнакомца уже обвинили во всех грехах, которые произошли задолго до его рождения, и успели будущие грехи на него записать.

– Вы, бабы, бестолковый народ, – сказала она, подвязывая косынку. – Я своими глазами видела, что в Васильевку вернулся Витька Орлёнок. Помните такого? Ну, Матрёнин внук, который от заезжего родился… Вот ты, Надька, должна знать. Ты же с ним любовь крутила, а тебя батя крапивой отхлестал, когда увидел, что Орлёнок твои титьки мял…

– Дура, что говоришь, – всплеснула руками дородная высокая Надька. – Что болтаешь-то – титьки мял… Ты бы за собой смотрела. Я помню, как все девки глазки строили Витьке. Он взглянет, аж в груди томление. Любая готова была под Орлёнка улечься. А сейчас корчат из себя незнамо кого…

И она неопределённо помахала в воздухе рукой. Наверное, это обозначало – незнамо кого.

– Да что уж скрывать-то, – пожала плечами тётка Зоя. – Ну, многих тискал, и что? Что было, то быльём поросло. Сколько лет прошло, как его посадили. А сейчас вернулся. Видать, выпустили…

– Да ты что, – перебивая её, воскликнула молодуха. – Мне мамка про него рассказывала. Тот ещё бандюга, оказывается! Бабоньки, как жить-то будем, а? Надо участковому сказать, чтобы выселили его или снова посадили. Там его место, на нарах, а не в деревне. Ох, бабоньки, бандит объявился! Теперь ни днём, ни ночью покоя не будет. Начнёт вихлять по Васильевке, всё высматривать да вынюхивать, а за пазухой ножик спрятан. Придётся все двери на запоры закрывать. Детей на улицу

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.