Библиотека

Журавушки стр. 111

Размер шрифта
-
+
Тема

не выпустишь, да и сами без нужды со двора не выйдем. А ежли Витьку Орлёнка не прогнать, получается, он начнёт свои законы устанавливать в деревне. Превратит всех в кур-несушек. И будем ему золотые яйца нести, а слово против скажешь, сразу голову с плеч снимет. Ой, мамочка моя! Погибель пришла…

И она прикрыла рот ладонями.

– Дура, как есть – дура! – махнула рукой тётка Зоя, подхватила хозяйственную сумку и стала спускаться по выщербленным ступенькам. – Записали в убивцы… Не разобрались, уже гоните из деревни. Совесть поимейте! Вы своими дурными бошками подумайте, куда Витьке Орлёнку податься, как не в родную Васильевку. Это ж его родина. Здесь он родился. На мазарках его мамка с отцом лежат и бабка Матрёна с дедом Назаром. Он же человек, а не собака бродячая. Один на белом свете остался. Дай бог, чтобы наконец-то зажил по-человечески, а не так, как судьба распоряжалась – по тюрьмам да лагерям мотался. Не трогайте его, не лезьте к нему в душу. И так она заплёвана, дальше некуда…

И направилась по улице, всё ещё бормоча что-то под нос…

Витька Орлёнок добрался до деревни поздним вечером. Присел на вершине холма. Сидел и курил, посматривая на Васильевку. Давно не был. Кое-где зажглись огни. Пятнышками света освещены окна. Улица в вечерних сумерках. Лишь возле правления и клуба горят фонари.

Изредка доносился лай собак. Там мукнула корова, а в той стороне овечки проблеяли. Видать, потерялись. Витька сидел на холме и не знал, для чего он приехал. Казалось, ничего не связывает его с деревней. Ему сообщили, что бабка Матрёна давно уж померла, а кроме неё, больше никаких родственников не осталось. Один как перст, один в жизни, так и по жизни. Для чего приехал, что оставил здесь, где ему не рады, – он не знал…

Витька тенью промелькнул по проулкам, добираясь до дома бабки Матрёны. Изредка останавливался, когда слышал чьи-нибудь голоса. Пережидал, а потом снова пускался в путь.

И тут же себя ругал, что прячется от людей. Он же домой вернулся. Он же ничего не своровал, никого не ограбил, а вернулся, и нечего скрываться, от всех прятаться. Да, правда, нечего… А пересилить себя не мог. Жизнь сделала таким. Чем меньше доверяешь, тем дольше проживёшь, как говорится. Наверное, так оно и есть…

Годы по тюрьмам и зонам многому научили. И учителя хорошие попадались. Там ему было легче, а на воле он растерялся. Там всё и все были знакомы, там за каждым словом следишь, за каждым взглядом, и у каждого было своё определённое место, свой уровень жизни. В тех местах был порядок, а здесь…

Он вздохнул. А здесь другая жизнь, более жестокая, как ему казалось, потому что законами крутят, как хотят, прав тот, у кого больше прав, и поэтому свобода была непонятной для него…

Витька Орлёнок подошёл к дому. Распахнул калитку, казалось, скрип услышала вся деревня. Поднялся на крыльцо, потоптался возле закрытой двери, сунул руку в щель над дверью, там обычно лежал ключ. Гляди ж ты, и сейчас на месте, словно бабка Матрёна до сих пор ждала его. Вытащил ключ. Покрутил в руках, а войти в пустой дом не решился, где его никто не ждёт.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.