Библиотека

Чужая жена стр. 160

Размер шрифта
-
+
Тема

каждый держал на плече палку, которую обычно используют при ходьбе на дальние расстояния.

— Чтобы успеть, им пришлось идти целую ночь, — поймав ее взгляд, пояснил Кефа.

В знак признательности Мара улыбнулась им. Она была рада, что столько людей пришло проститься с Джоном. Разумеется, были среди них и такие, кто пришел из вежливости или попросту из любопытства, но большинство прибывших, и в этом можно было не сомневаться, действительно знали и уважали Джона. Были и те, у кого Джон, можно сказать, вырос на глазах, превратился из неопытного юнца, каким они встретили его впервые, в непререкаемого в своем авторитете бвану Рейнор-Лодж. Да, им приходилось исполнять его распоряжения и даже понимать их с полуслова. И с благодарностью протягивать руки за жалованьем, которое он платил из своего кармана. Но они же прошли с ним не один десяток троп по саваннам и бушам, делясь нехитрой снедью и рассказами у костра и вместе встречая опасность, откуда бы она ни пришла. Только сейчас Мара поняла, что, возможно, для Джона это и были самые лучшие, верные друзья.

Каждый из пришедших останавливался у гроба, вначале вглядываясь в лицо Джона, затем переводя взгляд на саван, который туго спеленал его тело. Очень многие, склонившись над телом, оставляли в ногах какую-то небольшую вещицу: то ли кожаный кошель, то ли флакон с каким-то снадобьем. Начало этому положил доверенный оруженосец Джона, который положил в ноги Джону эмалированную кружку, ложку и вилку.

— Vifaa vya safari, — сказал он Маре. Она поняла это так: без этого на сафари нельзя.

Менелик посыпал каждую складку савана душистым ладаном. В какой-то момент Кефа спросил Мару, что она хочет передать мужу на прощанье. Она выбрала его любимую, до дыр зачитанную книгу «Копи царя Соломона». Сейчас, когда потрепанный томик Хаггарда лежал в ногах у Джона среди прочих вещей, Мара вспомнила, как однажды, открыв книгу на шмуцтитуле, увидела подпись «Джон», сделанную неуверенной детской рукой.

Ей подумалось, как, должно быть, одиноко было ему в английской школе-интернате, когда лучшим другом была ему эта книга, и к горлу подступил комок. Мара подняла голову; в столовой стена, посвященная охотничьим трофеям, бережно хранила память об основателе Рейнор-Лодж, Билле Рейноре. Мара ощутила прилив благодарности старому охотнику, сумевшему дать Джону то, чего ему так недоставало в Англии. Рейнор заменил ему семью, когда Джон смог покинуть чужбину и вернуться домой, в Африку.

Люди все шли и шли; взгляд Мары еще раз скользнул по любимой книге Джона, которая сопровождала его в последний путь, и вдруг ей захотелось добавить к этой книге что-то, что связывало их. Извинившись, Мара выскользнула с веранды, зашла в гостиную, затем в столовую. Там, на каминной полке, долгие годы лежал камень, который они с Джоном нашли вместе на сафари у самого края плато еще в первый год брака. Молочно-белая грань породы сразу бросилась Маре в глаза, и она указала на нее Джону. Тот поднял камень, повертел в руках, и на свету они увидели вкрапления темно-красных, чистых как закат, капель.

— Это рубин, — сказал тогда Джон. — Я слышал, они попадаются в здешних местах.

Они поднесли камень ближе к свету и внимательно рассмотрели самую крупную каплю благородного камня. Она была испещрена мелкими трещинками.

— Он

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.