Библиотека

Берсерка стр. 68

Размер шрифта
-
+
Тема

головой о камень в овраге. Он сам свалился туда, когда побежал прочь. Клянусь, я говорю правду!

– Ты утверждаешь, что братья бились на боевом железе и один чуть не убил другого?

– Да!

– Этого не может быть! – вскочил на ноги Рагнар. – Мои сыновья никогда бы не обратили оружие друг против друга!

– Значит, ты плохо знаешь своих сыновей, ярл! – Маленькая финка старалась, чтобы ее поняли, потому говорила медленно. – Виглаф очень любил свою нареченную, Мерет Сигватсдоттир. Но Вигмарр тоже ее любил и хотел взять за себя. Потому и пошел на брата!

– Неправда!

– Правда. – Кетиль тоже выступил в круг. – В Рогаланде на тинге Вигмарр выпил лишнего. И всю ночь говорил о том, что девы прекраснее Мерет не сыскать на свете. Он любил ее!

– Тебе-то откуда знать, щенок?! – У Сигвата от гнева покраснело лицо. – Боги щедро одарили мою дочь красотой, это ясно каждому, у кого есть глаза. А может, ты тоже хочешь назвать ее распутницей, как эта грязная финка?!

– Распутница твоя дочь или нет, мне про то неведомо, ярл. Я повторяю лишь то, что слышал своими ушами от Вигмарра. И я верю Торвейг!

– В Рогаланде на тинге, – уже тише сказал Сигват, – во время всеобщего мира погиб Атли, сын Гудмунда. Я там не был, но люди передавали, что Атли задрал медведь. А осенью в лесу у Винтерхейма нашли трех человек, также разорванных этим зверем. Так, Рагнар?

– Так, – неохотно подтвердил ярл. – Два чужака и наш Фроуд.

– Я много лет был тебе другом, Рагнар Рагнарссон. – Сигват тоже умел говорить громко. – Я и сейчас твой друг и родич. Мерет все еще хочет выйти замуж за Виглафа, хоть и плачет целыми днями. Я вручил тебе дочь, не думая, что она может оказаться в опасности. Но твоя собственная дочь – чудовище. Она сама призналась в чародействе!

– Мерет так любит Виглафа, – встряла Силье-рыбачка, – что ни разу не навестила его раненого. Три дня прошло, как-никак. Так занята литьем слез?

Это было правдой. Гуннхильд безотлучно находилась у ложа сына, а когда забывалась тревожным сном, бодрствовала верная Силье. Даже на суд Гуннхильд не пришла, отправила свою наперсницу. Безутешная мать опоясалась мечом и серьезно объяснила Силье, что если, мол, валькирии явятся за ее сыном, она просто так его не отдаст, будет биться. Двадцать лет назад воинственные девы из чертогов Одина явились за ее Рагнаром, который также лежал в тяжелых ранах после поединка на острове. На их пути встала Гуннхильд с копьем в руках. Она не отдала любимого, а теперь не отдаст сына. Никому не отдаст.

– Мерет не Торвейг, способная кому угодно кости переломать. – Сигват тяжело вздохнул. – Да и что ты, безмужница, можешь знать о любви?

– Кое-что знаю. – Силье уперлась руками в бока. – Дети Рагнара – все трое – выросли у меня на глазах, и я люблю их, как родных. Я ни разу не перепутала близнецов, а вот ты, ярл, видел собственную дочь куда реже…

– И ты туда же? – разъярился Сигват. – Это не мою дочь нашли стоящую над телом брата с мечом в руках!

Люди снова заволновались. Рагнар смотрел на Торвейг, и происходящее казалось ему дурным мороком. Вигмарр был прав и Торвейг оборотень? Она сама призналась!

Гудред пребывал в немалом замешательстве. Все шло не так, как он надеялся. Разбирательство упиралось

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.